Абдулла Гюль в Ереване: сентябрь, год 2008-ой

912

Отрывок из книги Татула Акопяна АРМЯНЕ и ТУРКИ.

6 сентября 2008 года в Аэропорту «Звартноц», у подножия Арарата, совершил посадку самолет Аэробус-319, на крыльях которого был начертан ярко красный, с полумесяцем, флаг Турции. По трапу самолета спускался и широко улыбался из-под усов Абдулла Гюль.

Под свист молодых дашнакцаканов и выкрики «признание» Гюль вместе с встречавшим его министром Налбандяном сел в специально прибывшую из Турции бронированную машину. Армянские власти сделали все, чтобы удержать Гюля вдали от акций протеста партии Дашнакцутюн, которая тогда являлась еще частью правящей коалиции.

«Я из Карса», «Я из Ардагана», «Я из Вана», «Я из Игдира» – с такими вот плакатами стояли сотни армян вдоль центрального проспекта Еревана, по которому должен был проехать Гюль, они составили «живую цепь» и выражали свой протест против нигилистической и антиармянской политики Турции.

Стоявшая на проспекте Баграмяна Анаит Берберян, предки которой потеряли в Ване дом и имущество, держала в руках плакат, на котором было написано «Мой родной дом – у озера Ван». «Я видела Ван только на фотографиях. Думаю, если поехать в Ван, боль от потери Родины окажется острее», сказала она, продолжая ждать Гюля, бронированная машина которого должна была проехать по проспекту Баграмяна.

Армен Хачатурян родом из Карса. «Куда бы Гюль ни ездил, армяне везде встречают его акциями протеста, и было бы странно, если б в Армении обошлись без акций. Я вырос в семье западных армян, мои дед и бабушка выросли в детском доме в Америке. Они потеряли во время геноцида своих родителей. Моя бабушка до самой смерти видела во сне исход и просыпалась в ужасе от вновь пережитого. Она даже во сне убегала от турок», – рассказывала женщина средних лет в ожидании Гюля.

Но визит президента Турции не вызвал тотального бунта в общественных и политических кругах Армении. Дашнакский деятель Армен Рустамян описывает события тех дней так: «Царило какое-то непонятное воодушевление, словно мы нашли утерянных братьев. И порой предпринимали шаги, что потом сами не понимали, как можно было так унижать собственное достоинство».

6 сентября большинство армянских газет посвятили свои последние полосы Гюлю. В приветствии-рекламе на английском и армянском языках говорилось: «Добро пожаловать, многоуважаемый президент Абдулла Гюль. Честной игры не только в течение 90 минут. Вот наше желание». Армянский эфир был буквально заполнен «армяно-туркизмом».

За пару дней до футбольного матча Армения-Турция Федерация футбола Армении внесла изменение в свой логотип: на старом гербе команды был изображен Арарат – один из символов армянского народа, ныне находящийся на территории Турции. На новом гербе его место занял обычный мяч. Изображение Арарата сняли также со спортивных маек армянской сборной.

Приглашение Гюля и его визит приветствовал также Левон Тер-Петросян: «Я могу только приветствовать приглашение Гюля, тем более, что повод действительно удобный – нет особой политической интриги, просто спортивная встреча, и это может позволить расплавить лед. Мне кажется странным, что ни один высокопоставленный чиновник  Турции до сих пор ни разу не побывал в Армении. Я лично в качестве президента Армении трижды побывал в Турции, был там и Роберт Кочарян. Фактически, четырежды армянские президенты побывали в Турции, но ни один высокопоставленный турецкий чиновник не посетил Армению. Это не нормальное явление, не нормальное соседство».

Совместный просмотр футбольного матча стал последним фрагментом шестичасового визита турецкого президента. До этого он успел заехать из аэропорта в отель, чтобы воодушевить турецких футболистов. Затем турецкого лидера сопроводили в президентский дворец на Баграмяна, 26. У входа развевались рядом армянский триколор и турецкий полумесяц.

А вот и исторический момент: Серж Саркисян и Абдулла Гюль пожимают друг другу руки и широко улыбаются. Под сентябрьским солнцем их лица буквально блещут от воодушевления.

Гюль оставался в Армении шесть часов, и за это время мотор его самолета не выключался ни на минуту. Во время переговоров, судя по кадрам, показанным по телевизору, президенты выражали явное удовлетворение. Широкими улыбками они приветствовали также футболистов на стадионе Раздан.

Турецкая сборная выиграла со счетом 2:0.

Через пару дней в беседе с журналистами Серж Саркисян сказал, что «исследования общественного мнения говорят о том, что подавляющее большинство общества позитивно оценивает инициативу и визит многоуважаемого господина Гюля в Армению».

«В ходе переговоров господин Гюль не раз упоминал о том, что у Турции достаточно политической воли, чтобы обсудить существующие между нами проблемы. Считаю существенным, что свои слова он не обуславливал иными обстоятельствами, – это для нас чрезвычайно важно. Рад также, что впечатлениями о нашей встрече президент Гюль поделился со своим азербайджанским коллегой, и считаю чрезвычайно важным распространение атмосферы, духа и буквы наших переговоров. Во время встречи господин Гюль сказал, что в случае необходимости готов содействовать урегулированию армяно-азербайджанских отношений, и я воспринял это с радостью, потому что только ненормальный человек может отказаться от поддержки. Но поддержку следует различать от посредничества. Убежден, что любой шаг, который может помочь Минской группе найти решение, следует приветствовать».

Впоследствии президент Саркисян утверждал: «Убежден, что Турция может привнести свое содействие в процесс урегулирования карабахской проблемы, она и сейчас его привносит: визит президента Гюля в Ереван, продолжение армяно-турецких переговоров являются лучшим примером попытки решения сложных проблем. Я уверен: если Турция откроет границы и установит дипломатические отношения с Арменией, это станет лучшим содействием карабахскому урегулированию».

Поздно вечером 6 сентября, по пути из Еревана в Анкару, во время беседы с журналистами на борту самолета президент Гюль расценил визит как «плодотворный и многообещающий»: «Я убежден, что мой визит разрушил существующий на Кавказе психологический барьер. Если эта атмосфера будет иметь продолжение, мы будем продвигаться вперед, и все нормализуется. Я завершил визит с позитивными чувствами и мыслями».

Сопровождавшие Гюля турецкие журналисты написали потом, что об открытии армяно-турецкой границы речь не шла. «Основной проблемой Кавказа является карабахский вопрос. Мой визит в Ереван может способствовать урегулированию этой проблемы», – так турецкие журналисты процитировали Гюля, утверждая, что в ходе встреч не говорилось об армянском геноциде.

Вскоре министр иностранных дел Турции заявил: «Если нам удастся продвинуться вперед в наших инициативах по решению проблем, то не будет необходимости в обсуждении этих вопросов в парламентах третьих стран. Мы можем сказать им – занимайтесь своим делом, Армения и Турция найдут между собой язык».

В последующие недели настроения несколько изменились, и армянская сторона вновь заговорила о двусторонней межправительственной комиссии, которая могла бы обсудить все проблемы после открытия границ. В ходе ряда интервью в течение осени президент Саркисян откорректировал свои прежние комментарии.

По поводу предложения Турции о создании совместной исторической комиссии, которая могла бы исследовать геноцид армян, он сказал: «В этом нет никакой необходимости. Мы не думаем, что таким образом удастся чего-то добиться. Мы хотим установить дипломатические отношения между двумя странами без предусловий, разблокировать границы, а уж потом, на уровне межправительственной комиссии, обсуждать все проблемы, связанные с отношениями между двумя соседями. Признание армянского геноцида со стороны Турции мы не считаем предусловием для установления отношений. Мы желаем их установления, но не любой ценой».